?

Log in

No account? Create an account
апрель 2011

ru_prokhanov


Александр Проханов, писатель и журналист

сообщество читателей и слушателей


Entries by category: армия

Александр Проханов // "Завтра", №41, 16 октября 2019 года
berlin
jewsejka
Победа Русской мечты

Семь лет назад Сергей Шойгу возглавил Министерство обороны. За эти семь лет возникла могучая Российская армия. У неё самые лучшие в мире танки, самые быстрокрылые самолёты, самые мощные боевые лазеры, самые отважные боевые солдаты. Министру Шойгу поклон от всего народа.

Главной силой российской армии является её идеология — идеология священной русской Победы. В чём её суть?

Победа была вершиной советской эры, воплощением божественных энергий Красного царства. Победа сберегла это царство в его земном и небесном образе. Коммунизм, который являлся прообразом Небесного Царства, в результате Победы был сбережён. Были разгромлены и отторгнуты силы, мешавшие построению этого рая на земле. Священный характер Победы угадывался в самом начале Отечественной войны, которая назвалась Священной войной. Священная война предполагала священную Победу. Даже в советское время Победа глубинно воспринималась как религиозный, мистический праздник. Искажение образа Победы, изъятие его из констант советской эры обесценивало эту эру, подводило её к концу. В период горбачёвской перестройки, когда уничтожались все константы, на которых держалось советское государство, Победа подвергалась особым нападкам. Этот символ оскверняли, очерняли, искажали, стремились вырвать из советской истории, как вырывают сердце из умирающего тела.

Однако Победу, осквернённую, осмеянную, обугленную, не удалось уничтожить, и она перенеслась из советского царства в новое государство Российское. Так полковое знамя разгромленного полка раненый командир обматывает вокруг своего истерзанного пулями и осколками тела, переносит через линию фронта, и там, в глубоком тылу, это знамя вновь развёртывается, и под ним формируются новые полки. И Победа, перенесённая Русской мечтой в новое время, стала сущностной идеологией созидаемого государства Российского. Красное знамя Победы, ставшее государственным символом современной России, тому свидетельство.

В новое время, когда повсеместно были восстановлены поруганные алтари, и церковь заняла в мировоззрении русского народа своё новое почётное место, Победа 1945-го года стала трактоваться как религиозный праздник.

Сегодня Победа воспринимается как христианская мистерия. Демонические силы ада напали на Россию, оберегающую райские смыслы — и вся Отечественная война трактуется как сражение ада и рая, как одоление адских сил райскими смыслами, и советская реальность, таким образом, наполняется райскими смыслами. Если фашистские орды, фашистские армии выступают как демоны, как отпавшие ангелы тьмы, то советские войска, советские армии, красноармейцы выступают как ангелы, как носители вселенского райского света. А ад невозможно одолеть одним батальоном, его невозможно одолеть, даже принеся в жертву 25 миллионов самоотверженных ангелов. Попрание ада достигается усилием самого Господа. Господь во время Отечественной войны был среди сражающихся красных дивизий. Он ходил в контратаку с красноармейцами под Москвой, бился на берегах Волги под Сталинградом, горел в танках на Курской дуге вместе с танкистами. Стенал от ожогов в лазаретах, изнывал под пытками в застенках гестапо. Он, Господь, вместе с советскими пехотинцами держался за древко того алого знамени Победы, что было водружено над Рейхстагом.

Отягчённый трёхлинейкой,
всю тебя, Земля родная,
Бог в солдатской телогрейке
исходил, благословляя.


Святость Победы распространяется на всех, кто содействовал этой Победе. На мальчиков, что стояли на табуретках у токарных станков под открытым небом на Урале и точили корпуса для снарядов. На женщин, что впрягались в плуги и пахали землю, добывая хлеб Победы. Эта святость лежит на всех солдатах: и тех, кто дошёл до Берлина, и тех, кто погиб на дальних и ближних подступах к Победе. Эта святость лежит на командирах отделений, на командирах взводов и рот, на командирах батальонов, полков, корпусов и армий, на командующих фронтами. Эта святость лежит на генералиссимусе Иосифе Виссарионовиче Сталине. Когда-нибудь, пусть не завтра, но позже, весь пантеон сталинских красных героев, в котором сияют имена 28-ми гвардейцев-панфиловцев, Талалихина, Гастелло, молодогвардейцев, Лизы Чайкиной, генерала Карбышева, все эти красные герои облекутся в пурпур и злато христианских великомучеников, отдавших жизнь «за други своя», отдавших жизнь за Россию, отдавших жизнь за сбережение Царствия Небесного. Это герои Русской Мечты, великие и победоносные мечтатели.

Патриарх Никон построил в Подмосковье Новый Иерусалим, перенеся в подмосковные рощи, на пригорки и речки топонимику Святой земли. В этой русской Палестине есть Фавор, Крестный путь, Иордан, Генисаретское озеро, Гефсиманский сад. В XVII веке патриарх Никон готовил место, куда во время своего второго пришествия явится Христос. Он готовил под Москвой чудо сошествия с небес Христа. И это чудо состоялось в 1941-м году. Народная вера утверждает, что в студёные дни 1941-го года под Москвой свершилось чудо: сам Бог сошёл с небес и встал в ряды Красной армии, остановив её отступление. И враг был остановлен именно здесь, под Истрой, у Нового Иерусалима. Именно здесь, у Нового Иерусалима, Господь сошёл, наконец, с Небес, и состоялось второе пришествие, когда Господь возглавил красное воинство и привёл его в Берлин.

Победа — это тот Ковчег, на котором Русская Мечта переплыла чёрное, беспросветное море 90-х годов и высадилась на берегу нового государства Российского. Победа — это та ладья, на которой из советской эры в новую эру переплыл генералиссимус Сталин. Мистический, религиозный характер Победы подтверждается каждый раз 9 мая во время ослепительных, величественных парадов российских войск, которые проходят в окружении золотых кремлёвских глав, рядом с погребениями героев и мучеников, и по своей красоте и мощи напоминают огромное церковное действо. И «Бессмертный полк», который вслед за парадом вступает на брусчатку Красной площади, являет собой Пасхальное шествие, когда живые несут над головами образы своих великих воевавших предков. Эти образы, как иконы, как хоругви, наполняют шествие «Бессмертного полка» пасхальным смыслом, верой в возможность воскрешения из мёртвых. «Бессмертный полк» возглавляет Русская Мечта, побеждающая смерть, обещающая человечеству грядущее просветление и бессмертие.

Александр Проханов // "Завтра", №36, 11 сентября 2019 года
berlin
jewsejka
Что скажет Саур-могила?

Состоялся долгожданный обмен. Изнурённые украинскими тюрьмами, тридцать три россиянина вернулись в Россию. Изнурённые российскими тюрьмами, тридцать три украинца обрели свободу и вернулись на родину. Этот обмен приближает мир на Донбассе. Президенты Путин и Зеленский ещё не обнялись, но уже пожали друг другу руки. Блаженны миротворцы, ибо их есть Царствие Небесное!

За этим обменом последует встреча в так называемом нормандском формате, где проблемы Украины и Донбасса будут обсуждать Россия, Украина, Франция, Германия и, быть может, Америка. В чём смысл этих переговоров, в чём цель урегулирования военного конфликта на Украине? Как будут выглядеть непризнанные Донецкая и Луганская народные республики, если урегулирование по воле государств нормандского формата осуществится?

Это урегулирование, как мы знаем, предусматривает особый статус Донбасса. Если следовать Минским договорённостям, то граница между Донбассом и Россией перейдёт под контроль украинских пограничников, на этой границе будут поставлены украинские заставы и возникнут приграничные украинские укрепрайоны, исчезнет линия фронта, отделяющая сегодня Донецк и Луганск от остальной Украины, и на этой черте больше не будет повстанческих войск. Что случится тогда с населением Донбасса, с народом Донецка и Луганска, где почти каждый второй — ополченец, где почти поголовно голосовали за отделение от Украины, где почти в каждой семье кто-то был убит или ранен в результате этой войны?

Если эти республики Донбасса лишатся государственного суверенитета, если их руководителями станут назначенцы киевской власти, если их корпуса, охраняющие Донецк и Луганск, будут распущены, — что случится дальше? Какие страшные чистки начнутся на этих землях, когда туда придёт Служба безопасности Украины, и в городах разместятся подразделения её вооружённых сил? Сколько людей окажутся арестованы и преданы военному трибуналу? Сколько смертных приговоров вынесут закрытые суды на этих территориях?

Как тогда объяснить жителям этих республик и гражданам России смысл колоссальных жертв, подвигов, великого подъёма «русской весны» 2014 года? Зачем ополченцы покидали свои дома в России и отправлялись на фронт защищать русских, Русский Мир и Донбасс, как часть этого Русского Мира?

Это будет тяжёлым поражением русского народного сознания, для которого Новороссия стала Символом Веры новой религии, окрылившей восстающий из праха русский дух. Если обмен этих пленных является прологом к поражению «Русской весны», к передаче восставших земель в цепкие лапки Зеленского, то русское сердце, которое сейчас радуется возвращению наших пленных бойцов домой, вновь наполнится тревогой и болью, ожиданием нового предательства, которыми столь богата современная история нашей Родины.

Господа президенты! Пригласите в свой нормандский формат Саур-могилу! Пусть Саур-могила, этот памятник великой советской Победы над нацизмом, окровавленный недавней войной, с разгромленными монументами павших героев, — пусть Саур-могила примет участие в урегулировании донбасского конфликта!

Александр Проханов // "Завтра", №32, 14 августа 2019 года
berlin
jewsejka
Краснокаменск, любим тебя!

Город Краснокаменск в Забайкальской степи. Рядом Китай, Монголия. Кругом необозримые степи, по которым испокон века двигались людские потоки: проходили казаки, военные, торговцы, ремесленники, создавая удивительный мир русских евразийцев.

На краю Краснокаменска — громадный, тёмного цвета котлован. Здесь добывали уран. Из этого котлована уран забрали до последней крошки, и он стоит пустой, притихший, угрюмый, как глазница, из которой выкатился глаз. Настанет время, когда эти тёмные склоны будут засажены рощами, а на дне котлована, как чудесное око, разольётся голубое, окружённое лесами, озеро.

Люди стали съезжаться сюда десятки лет назад для того, чтобы добывать уран. Это был великий советский атомный проект, когда вся страна трудилась над созданием ядерной бомбы, не оставляя американцам шанса бомбить наши города. Страна строила лаборатории, военные заводы, ракетные и авиационные предприятия и искала уран. Его нашли геологи здесь, в Забайкальской степи, и стали добывать этот таинственный огненный металл, вычерпывая его из недр планеты.

Труд, которым заняты краснокаменцы, велик и значителен. Без этого труда не смогли бы плыть в пучинах океанов атомные подводные лодки. Без этого труда не смогли бы существовать корпуса атомных электростанций, дающих жизнь целым регионам и отраслям промышленности. Без их труда не стояли бы на страже наших рубежей сверхскоростные ракеты с зарядами, отбивая у супостатов всякую охоту ринуться на наши границы. Благодаря их трудам в медицинских лабораториях искусные врачи используют радиоактивные элементы для лечения страшных, казалось бы, неизлечимых, болезней. Велик и прекрасен их труд. Они спускаются под землю и там, на глубине, выкалывают из земных пород драгоценную руду, поднимают её на поверхность и отправляют в корпуса химических предприятий, где из грубой породы с помощью химических превращений извлекают уран. Горняки, шахтёры, химики, промышленники, гидрологи, геологи, строители возвели этот прекрасный город. В этом городе — чудесные улицы, удобные дома, в этом городе бьют фонтаны. И все, кто здесь живёт: и шахтёры, и инженеры, и финансисты, и учителя, и воспитатели детских садов, и сами рождающиеся дети, — все они — урановые люди. На них, на этих людях — зиждется наше государство. Здесь, в Краснокаменске, поднимается невидимый столп, на котором держится кровля нашей великой державы.

И пусть кто-то из утомлённых людей отчаялся, отвернулся от великой русской истории. Пусть кто-то ропщет и выходит на нелепые демонстрации. Пусть кто-то злобно клевещет на Родину на враждебных радиостанциях. Здесь, в Краснокаменске, живёт крепкая урановая порода людей. Вся страна, вся Россия, поздравляет тебя, Краснокаменск, с 50-летием. Вся Россия поздравляет вас, дорогие краснокаменцы. Вы — прекрасные, вы — лучшие. Вам страна в дни ваших торжеств посылает свои поцелуи.

Беседа Александра Проханова с Александром Бурутиным // "Завтра", №32, 14 августа 2019 года
berlin
jewsejka
Урановые люди

Беседа главного редактора газеты «Завтра» Александра Проханова с заместителем генерального директора по стратегии Горнорудного дивизиона Госкорпорации «Росатом» Александром Бурутиным.

[Александр Проханов:]
— Александр Германович, я с вами познакомился в тот период, когда вы работали в администрации Президента Российской Федерации в должности советника по вопросам военно-технической политики. И завязалась наша с вами, не боюсь сказать, дружба. Потом по просьбе президента вы стали собирать осколки великого советского кораблестроения, создавать кораблестроительную корпорацию. Недавно я смотрел парад военно-морских сил нашей страны и думал, что это — бурутинские фрегаты и бурутинские корветы.

Потом мы встретились в очень мучительный для России период. Вы тогда являлись первым заместителем начальника Генштаба и были озабочены тем, что делать с базой Черноморского флота в Севастополе, которая была закупорена украинцами, флот там погибал, украинцы не позволяли восполнять убывающий состав.

И вот теперь вы — в абсолютно новом качестве: крупный управленец "Росатома", ведаете добычей урана, добычей ископаемых для нашей атомной промышленности, для всего нашего ядерного, в том числе военного, комплекса. А в чём заключается ваша деятельность? О чём вы хлопочете, что вас заставляет метаться из края в край России?

[Александр Бурутин:]
— Александр Андреевич, в администрации президента в должности советника по вопросам военно-технической политики я находился более пяти лет. Это были самые яркие и счастливые для меня годы. Эта работа позволила мне расширить кругозор, завязать интересные знакомства, в том числе с вами. Сама эта деятельность окрыляла, вселяла надежды на будущее, на выход страны из кризиса, в том числе — и на выход из кризиса всей военной организации, которая включает в себя наши Вооружённые Силы, другие войска и, конечно, оборонно-промышленный комплекс. И всё, что было связано с военно-технической политикой, каждый вопрос, в том числе и строительство судостроительной отрасли как Объединённой судостроительной корпорации, решалось вместе с военными и было исключительно интересно. Я никогда не терял связи с Министерством обороны, с судостроителями, особенно Санкт-Петербургского куста судостроения, с конструкторскими бюро. Очень интересная работа, которую я не оставил и на должности первого заместителя начальника Генерального штаба, где мы уже на практике продолжали испытание наших новых кораблей, подводных лодок, перспективных видов вооружения и военной техники, которые сегодня находятся в серийном производстве. И у меня есть чувство гордости за то, что я занимался этим делом, а в некоторых проектах находился у их истоков.

Сегодня моя работа в урановом холдинге "Атомредметзолото" связана с добычей природного урана. Я не ушёл далеко от того, чем занимался первоначально. Более того: вспоминаю, что, ещё учась в 837-й московской средней школе, после 9-го класса получил приглашение поработать в геологической партии в Северном Казахстане. Никто официально не говорил, что мы ищем уран. Геологическая партия работала под какой-то легендой. Но вечерами у костра, разговаривая о буднях геологоразведчиков, мы понимали, чем занимаемся и что ищем. Искали природный уран.

[Александр Проханов:]
— А кем вы были в той геологической партии?

[Александр Бурутин:]
— Простым рабочим. Поехал, чтобы познакомиться с интересными людьми, но и поработать, конечно. Сначала был рабочим-техником: забивал электроды в землю, разбрасывал их через каждые сто метров по Северо-Казахстанской степи. А поскольку мы, шестеро московских школьников, работавшие в геологической партии, были пытливыми мальчишками, то очень быстро превратились из рабочих — в техников, и уже работали на осциллографах, которые снимали напряжение с земной коры в том или ином месте. Потом эта информация (секретная) обрабатывалась, и учёные делали выводы: есть ли там уран, в каком количестве и насколько глубоко залегает.

Прекрасное было время: молодость, романтика!

Read more...Collapse )

Александр Проханов // "Завтра", №28, 17 июля 2019 года
berlin
jewsejka
Сокровенная власть

Некий немец напечатал в германском издании статью, в которой утверждает, будто никакой русской победы под Курском не было. Не было кровопролитных боёв, разгрома, русские потеряли в сражении 250 танков, а немцы только пять.

И не стоило бы реагировать на этот мелкий плевок, упавший на броню танка Т-34 и тут же испарившийся. Но этот случай есть показатель непрекращающейся атаки. Запад атакует русскую Победу сорок пятого года, желая уничтожить великую идеологию, на которой зиждется и сегодняшнее государство Российское. Эту идеологию вместе с красным знаменем Победы перенесли из остывающей красной эры в эпоху новую, авангардную. Из разрушенной советской цивилизации удалось вынести красное знамя. Его обмотали вокруг своих израненных тел баррикадники Дома Советов, уберегли от осквернений и сожжений. Его развернули, и под этим красным победным знаменем стали формироваться полки нового государства Российского. Уничтожая Победу, стратегический противник уничтожает коды русского сознания, которые обеспечили Победу, вошли в неё как её тайное наполнение, продлевая жизнь самой Победы и самого государства.

Именно в Победе живёт имперская идея содружества множества братских народов, сложившихся в единый победный народ. В Победе живёт великое свойство русского народа приносить себя в жертву возвышенным целям, претерпевая невиданные страдания — такие, как блокадный Ленинград, погибающие под Сталинградом советские армии, невиданные муки в застенках гестапо. В Победе мы вновь — народ-коллективист, существуем единой рабочей артелью, боевым батальоном, молящимся монастырём. В Победе мы остаёмся мечтателями, озарёнными божественной целью о праведном мире, об идеальном государстве, о великой миссии русских. В Победе открывается истинный смысл лидера и вождя, который в страшный мглистый ноябрь сорок первого года обратился к народу со словами: "Братья и сёстры!" Народ, измученный коллективизациями, надрывными стройками, репрессиями ГУЛАГа, услышав от вождя эти "братья и сёстры", простил власти все обиды и беды, принял Сталина в свой страждущий хоровод, объединился с вождём, сам стал вождём.

Убить Победу — значит погасить множество драгоценных формул, которые наполняют русское сознание, являются незаменимым ресурсом в руках государственной власти. Используя этот ресурс, власть ведёт народ через все страдания, беды в негасимое лучезарное будущее. Никакими финансами и денежными реформами, никакими оборонными заводами со сверхточным и гиперзвуковым оружием, никакими фестивалями или Олимпийскими играми не обеспечить долгожданное движение вперёд, если не использовать эти таинственные волшебные коды. Соединение этих невидимых кодов с видимыми, очевидными потенциалами, коими являются казна, арсеналы ракетно-ядерного оружия, новые технологии, добытые на Западе или изобретённые нашими умельцами, сочетание русского видимого и русского невидимого обеспечивает стране движение вперёд.

Сегодня это русское невидимое существует как сокровенное, не обретённое, оно спрятано в исторический сейф, куда запихали его перестройщики, а ключ выбросили в Мировой океан. Вся "перестройка" — это уничтожение западными идеологами драгоценных основ русского сознания, из которых важнейшая — Победа. Когда потух последний код, и обезумевший, лишённый слуха и глаз народ внёс на руках в Кремль Ельцина, тогда и пала великая держава.

Сегодня противник, собираясь растоптать Россию, топчет эти волшебные русские коды. Имея к ним доступ, заглядывает в тайные хранилища и там умертвляет животворящие силы русской истории, чтобы они никогда не попали в руки российской власти, ибо нынешняя власть не ведает о содержании сейфа. Она действует рефлекторно и инстинктивно. У неё многое не получается — оттого, что свой земной ресурс она не умеет сочетать с ресурсом небесным, о котором она мало что знает.

Задача русского сознания и его историков, философов, культурологов, его военных интеллектуалов и прозревающих небо священников — открыть этот сейф, обнаружить его бесценное состояние, оснастить этими кодами власть.

Учение Русской Мечты, Пасхальный смысл русской истории, Поступь Русской Победы, Святость русского оружия, Россия — ковчег спасения, Пятый Сталин — эти и многие другие краеугольные постулаты русского сознания должны быть освоены властью осторожно, как осваивают драгоценное оружие. Это не прихоть историков, не каприз политологов — это оружие, с которым сражается другое. Мировая история есть схватка мифов, схватка национальных постулатов, схватка видимых и невидимых идей, от столкновения которых происходят войны, меняются границы держав, появляются новые государства. Немец, посягнувший на Курскую Победу, — это крохотная огневая точка, которая подавляется без помощи гранатомёта, а одним лишь презрительным взглядом.

Александр Невзоров, выступающий по "Эху Москвы", осуществляет ковровые бомбёжки по самым сокровенным целям русского сознания. Он подобрался к русскому коду, играючи уничтожает беззащитные святыни. Невзорова не подавить гневным окриком, не пустить в амбразуру, откуда он выглядывает, реактивную гранату, не скинуть сверху на его бункер сверхбомбу. Его можно уничтожить только иными средствами: запустить в гостиницу "Гельвеция", откуда он ведёт своё вещание, множество комаров, чтобы они увидели Невзорова и сплотились вокруг него, и он ощутил себя первым среди равных. Тогда его страсть к доминированию и управлению миром будет утолена.

Александр Проханов // "Завтра", №27, 10 июля 2019 года
berlin
jewsejka
«Наверх вы, товарищи!»

Четырнадцать блистательных русских моряков погибли при пожаре на батискафе. Невосполнимая потеря. Рыдают жёны и дети, рыдает флот, рыдает Россия. Но среди плача и церковных панихид слышатся фальшивые соболезнования, смешанные с хулой государства. Сотни интернетчиков хлюпают ненавистью, клянут государство Российское, тайно злорадствуют, сеют тьму, стремясь объяснить смерть четырнадцати героев убогостью русской военной техники, обречённостью русского государства. Тщетно. И после смерти моряки служат своему государству.

Когда случился Чернобыль, пожарные кидались на свирепый четвёртый блок, тушили огонь и тут же падали замертво, сражённые радиацией. Отважные шахтёры Донбасса били штольню под разрушенный смертоносный реактор. Вертолётчики нависали над страшным жерлом, сбрасывая в него слитки свинца. Солдаты химзащиты в резиновых бахилах и респираторах бросались на куски урана и крошки графита, сметая их в контейнер. Тогда либералы­перестроечники клеймили советское государство, винили его, усматривали в страшной катастрофе признаки близкой гибели советского строя, не видели в ликвидаторах аварии героев, а только несчастные жертвы бессовестного режима.

Когда случилась авария "Курска", и в ледяной пучине погиб экипаж громадного подводного крейсера, моряки, умирая, били в железные обшивки, взывая о помощи, и помощь не сумела прийти, всё те же либералы хотели свалить вину на хрупкое, едва зародившееся государство Российское. Но рыдающий народ не бросился врассыпную от страшного места аварии, не проклял государство. Обнимаясь и рыдая, сошлись вокруг трагического "Курска" богатый и бедный, татарин и русский, православный и мусульманин. Народ объединился в горе, сплотился и вынес на своих плечах всю страшную беду катастрофы. Быть может, точкой отсчёта, с которой начался рост государства Российского, следует считать катастрофу "Курска". Омытое слезами, сбережённое любовью, государство стало взрастать. Путин на базе подводных лодок, входя в Дом культуры, где собрались вдовы и сироты, окунулся в нестерпимое горе, в вопли и надгробные рыдания, принял на себя эту невыносимую боль и непомерные страдания. Именно тогда, в том Доме культуры, состоялось его помазание на пост президента.

Моряки батискафа выполняли боевое задание Родины. Государство Российское, взрастая, сумело создать подводный аппарат, которому нет мировых аналогов, отправило батискаф не просто в море, но на линию фронта, туда, где, не видимая миру, идёт война, состязаются системы лодок, системы оружия, гидрофоны и гидролокаторы, состязаются воли экипажей. Гибель русских подводников — это не жертва несчастного случая, это смерть на поле боя. И все, кто в этот час беды стремится очернить государство, стреляют в спину народу, оскверняют память русских мучеников и героев.

В день погребения рыдала вся Россия, весь флот. Но пройдут дни траура, и повреждённая лодка будет восстановлена. И новая когорта боевых офицеров ступит на борт батискафа, пойдёт на линию фронта.

"Врагу не сдаётся наш гордый "Варяг",
Пощады никто не желает".

Александр Проханов // "Завтра", №4, 30 января 2019 года
berlin
jewsejka
Путин — русский мечтатель

окончание, начало здесь

Большой стиль

Многие современные политологи пророчат в будущем столкновение России и НАТО. Но эти политологи опоздали со своими прогнозами. У России уже было столкновение с НАТО. Оно произошло в 2008 году в Южной Осетии и Абхазии. Грузия, которую НАТО выбрала как свой оплот, перевооружила, снабдила инструкторами, заточила как остриё, направленное в сторону России. Грузия, а вместе с ней и НАТО, решив испытать Россию на прочность, напала на Цхинвал, убивала из установок залпового огня российских миротворцев, стирала с лица земли столицу Южной Осетии.

Американцы полагали, что Россия, как и в случае с Югославией, промолчит, отступит, бросит своих друзей в беде. Но они просчитались. Российское государство окрепло настолько, что эта агрессия получила отпор. Русская Мечта вместе с колоннами 58-й армии пролетела сквозь Рокский туннель, построилась в боевые порядки и разгромила агрессора. В этой краткой кровавой кампании Россия доказала, что больше не намерена отступать. Пружина, которую так жестоко согнули в 1991 году, стала распрямляться.

Русская Мечта о сильном государстве, о высокой правде, о народном благополучии не мыслит счастье и благополучие среди мирового несчастья. Русское благополучие и русское счастье невозможны без счастья всего остального человечества. Спасённые от истребления южные осетины и абхазы, их небольшие государства получили свою независимость благодаря России. Они вновь стали частью великого Русского Мира. Эта малая победная война показала русским, что время поражений завершилось, русские молитвы и русские танки вновь способствуют возвеличиванию государства Российского.

Путин понимал, что русский народ, к которому он принадлежит, является самым большим в мире разделённым народом. Он, как никто, понимал, что русским в 1991 году нанесена громадная травма. Страна утратила лучшую часть своих территорий, русским внушили комплекс неполноценности, заставляли верить, что они — неполноценный народ, не умеющий побеждать и творить. Это уныние необходимо было преодолеть и сломать. Необходимо было вернуть русским людям их исконную пассионарность и умение побеждать.

Олимпийские игры были тем могучим реактором, в котором вновь закипела русская пассионарность, русская победность. Победа России на Олимпийских играх была ослепительной, стала залогом других, будущих русских побед. Поразительной была прелюдия к Олимпийским играм. Искусными режиссёрами было явлено зрелище, когда из водных пучин всплывает волшебный город с куполами, звонницами, чудесными дворцами и теремами. Так из озера Светлояр всплывает град Китеж, вещающий русским людям, что время трагедий миновало, и вновь наступает пора благоденствия. Там, на Олимпийских полях, началась Русская Весна. Оттуда Русская Мечта взметнулась, как птица в сверкающем оперении. Из зелёных вод озера Светлояр всплывал божественный Крым.

Мы помним мелькнувший на телевидении эпизод, когда Путин в маске и ластах ныряет в море и достаёт с морского дна амфору. Иные насмешники издевались над этим постановочным кадром. Они не ведали, что Путин поднимает со дна морского не амфору, а Крым. Путин будет записан на скрижали русской истории как Путин Таврический.

Пушкин писал:

Среди зелёных волн, лобзающих Тавриду,
На утренней заре я видел нереиду…


Read more...Collapse )

Александр Проханов // "Завтра", №18, 9 мая 2018 года
berlin
jewsejka
Роза Победы

Я — дитя Победы. Смутно, неясно помню, как бомбили наш эшелон под Канашом. И дети, женщины выбегали из горящих вагонов. Помню, как в Чебоксарах в эвакуации проснулся ночью и видел стоящих в дверях маму и незнакомого высокого мужчину. На нём были обмотки, тяжёлые башмаки и шинель. Я испугался и лишь потом понял, что это — мой отец. Быть может, это было их последнее свидание перед тем, как он уходил на фронт. С тех пор, как пришёл треугольничек, извещавший о гибели отца под Сталинградом, мамины глаза при упоминании об отце все шестьдесят пять лет её вдовства дрожали и наполнялись слезами.

Помню Новый год в эвакуации. Мама, желая сделать мне подарок, сама выточила из деревяшки пистолет, сшила из клеёнки кобуру и подарила мне. И я был вооружён в то время, когда отец уже лежал бездыханным в сталинградской степи.

После войны на трофейной выставке в Парке культуры и отдыха, куда привела меня мама, я видел страшный немецкий "Тигр" — пятнистый, с жуткой башней. И в её бортовине зияла оплавленная стальная дыра от русского снаряда. Я помню своё странное детское чувство, до сих пор не исчезнувшее: у моей страны есть пушка, которая отомстила за моего отца и убила немецкий танк. Мои детские рисунки были — сплошь взрывы, падающие в огне самолёты, горящие танки.

Когда я ребёнком, шагая на праздничной демонстрации по Красной площади, увидел Сталина, в моём детском воображении навсегда, на всю мою жизнь сложился божественный миф о вожде-победителе. И этот миф уже невозможно развеять.

Семнадцать войн, на которых мне довелось побывать, где так или иначе сражалась моя страна, быть может, были бессознательным желанием довоевать вместо отца ту огромную великую войну, в которой мне не пришлось участвовать.

Я помню, как мальчиком, узнав о Победе, прыгал на маминой кровати, на которой она лежала немощная и больная. А вечером, в толпах на Красной площади, я видел райские цветы, распускавшиеся в небе. И среди этих райских цветов в ночной синеве, поднятый на аэростатах, парил портрет вождя в перекрестии прожекторов.

Для меня Победа с самого детства была чем-то мистическим, огромным, как русская необъятная сказка, обнимавшая всю русскую жизнь с самого её зарождения. Позднее, когда наши доморощенные ненавистники при попустительстве власти умерщвляли Советский Союз, осуществляя здесь, в России, гитлеровский план "Барбаросса", уничтожая пространства, заводы, народные души, — я сражался за Советский Союз, я сражался за Победу. Нет, не один. Вместе со мной были взводы, роты, батальоны, полки, армии — защитники СССР. Нас громили, у нас отнимали территории, убивали наших командиров, но мы, отступая, несли с собой знамя Победы. Окровавленное, простреленное, иссечённое осквернителями, оно вместе с нашими разгромленными полками отступило в тыл истории и там сохранилось. Потом, когда враг утомился и иссяк, мы стали строить новое государство, мы развернули это знамя и под ним собирали новую Россию, строили новые полки, выпускали новые самолёты, погружали в пучину великие подводные лодки.

Сегодня Победа — это не просто военный или геостратегический праздник. Это праздник религиозный, пасхальный. Мы празднуем Победу, как празднуют Пасху, как празднуют Царствие Небесное и идею бессмертия. Нам кажется, что Победа была всегда — до появления России, до появления русского народа. Сначала Господь создал Победу, а потом из неё вышла Россия.

Философы древности искали, из какой божественной сущности произошёл мир, где та единственная мировая незыблемость, из которой проистекли все бесчисленные проявления жизни. Одни искали этого Бога в воде, другие — в огне, третьи — в движении. Они не знали, что Бог — это Победа.

Победа — это восхитительная божественная роза, которая расцвела в саду русской государственности. Вокруг этой розы движутся века, строятся города и храмы, летают космические корабли, слагаются оперы и романы, творится таинственная и необъяснимая русская мечта.

Президент Путин в час своей инаугурации, положив длань на толстую кожаную книгу, присягнул на цветке Победы.

Александр Проханов // «Литературная газета», №19(4773), 7 мая 1980 года
berlin
jewsejka

ЕДИНЫЕ В РЕВОЛЮЦИИ

Западные средства массовой информации продолжают нагнетать антисоветскую истерию по поводу событий в Афганистане. Не гнушаясь откровенной фальсификацией фактов, используя «свидетелей» из числа недобитых афганских контрреволюционеров, они извращают истинное положение в этой стране.

О том, в каких условиях приходится работать сегодня активистам Народно-демократической партии Афганистана, рассказывается в репортаже нашего специального корреспондента.

Кто они, сегодняшние партийцы Афганистана, члены НДПА, творящие революцию среди мятежей, бандитских налетов, планируемых извне провокаций, идущие навстречу вековечным чаяниям своего обездоленного, гордого, вольнолюбивого народа, сотканного из множества племен, вер, кочующего, пашущего, молящегося в мечетях, торгующего в бесчисленных лавках, опутанного суевериями, рознью, пережитками темных, уходящих в древность времен, и сквозь эту тьму, пережитки страстно верящего в возможность иной судьбы, иной доли,— кто они, сыны нового, революционного Афганистана, плоть от плоти своей земли?

Я видел их в серых, груботканых мундирах, подымающих цепь в атаку, падающих под бандитскими пулями на весеннюю пашню, чуть пробитую зелеными перьями риса. Видел в ночных патрулях в Кабуле, охраняющих банки, заводы, школы. В агентстве Бахтар за полночь сидели над текстом листовки, верстали срочные выпуски и под утро с кипой газет шли в трущобы Старого города, по которому прокатился мятеж, и в темных оконцах таилось то ли испуганное лицо обывателя, то ли тусклая сталь винтовки. В министерствах, в конторах, почти юнцы, почти без опыта, с одной только страстью и верой, учились управлять экономикой, учились торговать, учились политике, внешней и внутренней, — принимали послов, принимали ходоков из деревни, принимали мулл, искали слова, ответы на мучительные, бытующие в народе вопросы, находили их и, чтобы доказать их истинность, снова шли — пахать, воевать, умирать, как другие до них, в иных революциях, в Петрограде, в Гаване, в Сантьяго, столь различные в языках и характерах, единые в одном — в Революции…


Read more...Collapse )

.

Александр Проханов РАНЕНЫЙ СЛОН (стихотворение)
berlin
jewsejka

РАНЕНЫЙ СЛОН

Мы в детстве после школы, сбросив ранцы,
Раскрасив лентами и перьями рубахи,
Играли упоенно в африканцев.
На лбу у нас синели черепахи.

Мы с криком нападали на комод.
Отточенным копьем мы били в шкаф.
То был лиловый, с желтым бивнем бегемот,
То был таинственный муаровый жираф.

И вот теперь среди пигмеев голых,
Держащих на плечах тугие луки,
Я пробираюсь тропами Анголы.
Мне автомат утяжеляет руки.

Приподняты отточенные пики,
Продернуты в ноздрях цветные нитки.
Я офицер на службе в Мозамбике.
Со мною пыльный джип и две зенитки.

Империя рвалась на континенты,
Нас посылала в джунгли и саванны.
И мы, ее секретные агенты,
На Лимпопо в москитной сетке рваной.

Туземцам на большом советском блюдце
В их тростниковые дома и шалаши
Мы приносили ключ от революций,
А также привозили «калаши».

Нам действовать мешали англичане.
Нам строил козни дошлый «цереушник».
Я кипятил в костре железный чайник,
Ловил приказ в изношенный наушник.

Read more...Collapse )
.

Александр Проханов // «Литературная газета», №34, 20 августа 1969 года
berlin
jewsejka



ПОСЛЕ БОЯ
репортаж из Восточного пограничного округа

Вот они, убитые маоисты, лежат на голой каменистой вершине. Душный сонный ветер дует оттуда, откуда они пришли. По всей вершине втоптанные, разметанные в щепки недавним боем, валяются китайские автоматы. Вот кинокамера уткнулась оптикой в камень. Вот клок мундира с обугленной пуговицей. Сумка, и на дне ее замусоленная книжица Мао, два зеленых помидора, сухая лепешка. Вот стоптанные кеды, обращенные носами к Китаю,— видно, в страхе маоист побежал назад, скинув обувь.

Я гляжу на лица убитых провокаторов: что привело их сюда, на эту голую каменистую кручу? Кем они были еще недавно, эти юнцы? Может быть, в марте, после Даманского, шли, горланя, в слепой толпе? Или, врываясь в университет, избивали «ревизиониста-профессора»? Или жгли древние манускрипты у подножия алебастрового Мао?

Как готовилась маоистская провокация в районе Жаланашколь?

Их набирали специально для этой цели в глубине страны, учили, показывали карты, где советская земля называлась китайской, поднимали на наблюдательную вышку, наводили бинокли на эту самую горку. Наши пограничники видели накануне, как прибыла эта группа к границе. Солдаты расхаживали на виду, курили сигареты. Под вечер к ним подвезли несколько женщин. Возможно, те им пели песни, вдохновляли их. Утром солдаты вышли на провокацию.

Видимо, не все среди них были одинаково готовы умереть за Мао. Во время боя, не выдержав натиска, один китаец вскочил и помчался назад. Тогда офицер-маоист повернул ему вслед пулемет и, стреляя термитными пулями, поджег его.

Одни из них трусили, другие дрались фанатично, но конец у всех был один.

Советский вертолет вывозил одновременно и наших, и их раненых. Советский солдат, только что потерявший товарища, бинтовал пленного китайца. А я вспоминаю Даманский — как маоисты добивали на льду наших раненых штыками и пулями…

Чего же хотят в Пекине? Бесконечных столкновений? Хотят полить своей и нашей кровью, все семь тысяч километров советско-китайской границы, воды Уссури и Амура, пески Казахстана, высокогорный лед Тянь-Шаня? Хотят, чтобы эта граница ради любой авантюры Мао непрестанно сочилась кровью?

Вот что рассказал мне один из командиров об обстановке на его участке границы в последнее время:

— Этот год был особенно тяжелый — 12 нарушений с января. Помню, совершаю объезд участка, вдруг выезжает на нас машина с китайским офицером и солдатами. Требуем покинуть нашу территорию. Офицер мне в ответ: это наша земля. Я ему показываю карту, объясняю. Не помогает. Тогда говорю: даю вам на размышление пять минут. После этого задерживаю вас… Смотрю на часы, на китайца. У того руки дрожат. На исходе пятой минуты развернул машину и укатил к себе…

Это было время, когда мы их вразумляли словесно. Нам казалось, что это недоразумения, что они просто не знают, где проходит истинная линия границы. Но они все прекрасно знали.

После мартовских событий на Даманском провокации их становились все наглее, все злее. Они усилили свои наряды, посадили их на коней. Однажды их наряд в семь кавалеристов перешел нашу границу. Мы сделали предупредительный выстрел вверх, китайцы попадали с седел и опрометью кинулись на свою сторону. Но нами уже замечено: провокации то ослабевали, то усиливались, и это было связано с наездами их начальства. После каждого такого наезда — провокация. Часто их наряды сопровождали фото- и кинорепортеры. Видимо, в целях пропаганды нужны были пленки. Вот здесь же, на этом месте, где произошла эта последняя кровавая вылазка маоистов, в ноябре 1967 года большая группа китайцев выдвинулась на нашу территорию. А на сопке устроились операторы с кинокамерами. Наши солдаты цепью стали теснить нарушителей грудью. Один китаец споткнулся о камень, упал, ссадил себе руку, обернулся к своим операторам и показывает. Те снимают…

Это здесь же, рядом, в мае этого года китайские солдаты, переодетые пастухами, с автоматами под куртками, загнали скот на нашу территорию. И опять только хладнокровие наших солдат предотвратило кровопролитие. Последняя провокация была логическим развитием предшествовавших…

— Могу вам сказать,— говорит офицер,— я горжусь нашими пограничниками, я ими доволен: они показали, что не только выдержаны, но и дать боевой отпор могут, когда надо. Бой был проведен блестяще. Я пришел к раненым ребятам в госпиталь. Сижу и думаю: мы, офицеры, трудились не зря. У нас есть кому защищать границу…

Не в наших правилах угрожать и пугать. Мы сильны и спокойны — сильны этой грозной техникой и этими юношами в зеленых фуражках, что стоят сейчас рядом со мной на прошитой пулеметными очередями земле.

Об этих юношах и их командирах — следующий репортаж.
.